— Вне всякого сомнения. У нас своих забот предоста­точно. Жаль, что мы не поддерживали связи, ты бы избежал разочарования.

— Ничего не поделаешь. — Шель взглянул на залитую солнцем зелень парка. — Хватит о Леоне. Давай поговорим о чем-нибудь более приятном.

— В таком случае слово предоставляется тебе.

— Знаешь, Пол, подлинная цель моей поездки — собрать материал для очерка о ФРГ.

— Очерка на какую-нибудь конкретную тему?

— Нет. Мне бы просто хотелось к общим сведениям до­бавить пару зарисовок из повседневной жизни и, быть может, остановиться несколько подробнее на судьбе переселенных лиц…

— Ну, переселенцы — вопрос чуточку щекотливый. В по­следние годы сюда понаехало много людей, которые благо­даря своей национальности рассматриваются как репатриан­ты. Их соблазнили перспективы больших пенсий, компенсаций и общего процветания. Эти люди — одна из серьезней­ших наших проблем.

— В поезде я слышал, что близ Гроссвизена есть лагерь для таких лиц.

— Да, на Веберштрассе. Ты хочешь там побывать?

— Если можно…

— Вход туда свободен. Но у тебя может создаться непра­вильное представление. Этот лагерь не делает чести нашему городу.

Побеседовав еще немного, они вернулись в центр тем же путем, по которому пришли. Поравнявшись со зданием суда, Джонсон остановился.

— К сожалению, мне нужно вернуться на работу. В три­надцать часов слушается дело, которое я веду, заменяя сво­его начальника. Жаль, что я не знал о твоем приезде, мне давно уже не приходилось ни с кем беседовать так откро­венно.

— Я не знал твоего адреса и не мог предупредить.

— Да, конечно.

Прощаясь, Джонсон пригласил Шеля зайти к нему ве­чером.

— Не знаю, удастся ли тебе приятно провести с нами вре­мя, — сказал он. — Это будет зависеть от многих обстоя­тельств.